Придумать новых богов или стать ими

Александр Снегирев о современной литературе и бумажной книге, которая никуда не денется

Постмодернизм 70-х годов, где «вечные ценности» сменялись хаосом, верх становился дном, и сложно было отличить «хорошее» от «дурного», где технологии стирали границы и время, идеологии распадались, а люди пытались окольными путями понять мир и ответить на вопрос, как в нем жить – такая культура, по мнению некоторых современных критиков, постепенно уступает место реализму.

Так же думает русский писатель, лауреат нескольких литературных премий Александр Снегирев:  «Период стремительных перемен, как мне кажется, подходит к концу. Происходит «устаканивание» новой реальности, которую мы и формируем». Эту мысль в числе прочих Снегирев высказал на встрече с  читателями в Московском Доме книги 30 марта. «Пират современной литературы»; пишущий не «бездумную беллетристику», но о «любви и боли», ибо без этого, по мнению писателя, рухнет мир; автор, которого не волнует дидактика и композиционный строй книги; работающий поверх «чернухи, самолюбования и попсы»; чьих героев иронически сравнивают с Россией – Александр Снегирев убежден: будущее у литературы есть.

Вперед к прошлому?

«У нас принято уважать литературу»

АЛЕКСАНДР ЦЫПКИН, начинающий писатель:

– Я не верю в литературу. Мое мнение: все умерло.  Смотрю тиражи книжек лауреатов крупнейших премий и вижу там 5 тысяч каких-то экземпляров, 10 тысяч, 50. А потом мы смотрим ролик, где Данила Козловский читает мой рассказ, и видим 3 миллиона просмотров. Литература вообще жива?

АЛЕКСАНДР СНЕГИРЕВ:

– Мы на кладбище. На центральном московском кладбище. Делаем то, что нам нравится. У нас все же принято уважать литературу, печатное слово. Как себя реализовать в стране, где всегда существовала  жесткая цензура? В литературе. Тебе не нужна команда, ты сам доводишь свое мастерство до бесконечного результата и не зависишь от дохода. Нельзя получить из СМИ те ответы, которые вы получаете в книгах.

 «Завтрашний день принадлежит как раз старой доброй литературе»

АЛЕКСАНДР ЦЫПКИН:

– А смысл?

АЛЕКСАНДР СНЕГИРЕВ:

– Сериалы, как и кино – сегодняшний день. А вот завтрашний, возможно, принадлежит как раз старой доброй литературе. Уже год мы собираем зал Гоголь-центра. За эти же деньги люди могут купить здесь 10 книжек и спокойно читать дома. Но они выбирают общение с писателем напрямую. Метод подачи у нас стал «менестрельный», «трубадурный», с гуслями. Мы вдруг начали транслировать такую подлинность.

«Понять оппонента и понять себя, понять врага. На этом вся серьезная литература по-крупному и построена. Если писатель для себя раскладывает, что этот персонаж хороший, а этот – плохой, никогда не получится хорошей книги. Там все хорошие, и все вроде бы плохие».

Книга побеждает интернет?

«Любой автор из интернета мечтает о бумажной книге»

АЛЕКСАНДР ЦЫПКИН:

– С интернетом между писателем и читателем исчезают такие  барьеры, как критики, издатели, книжные магазины.  Нет цензоров. Никто тебя, как несчастного Довлатова, не заставляет сокращать рассказы, и возникает ситуация, когда писателем может стать любой…

АЛЕКСАНДР СНЕГИРЕВ:

– Это не так. Когда появился интернет, появились сайты Проза.ру, Стихи.ру с огромной посещаемостью, все сказали: кончилась литература. Так вот, ничего не изменилось. Вы можете что угодно публиковать на Проза.ру, но, что удивительно, о вас никто не узнает. Интернет никак не влияет на книжный мир, как митинги на Пушкинской площади мало влияют на состояние в стране. Соцсети стали оружием, которое вернуло паритет. Была некая узурпация (интеллектуалы в хорошем или плохом смысле захватили посты критиков), а потом вдруг из-под них уехала почва. И возник парадокс:  любой автор из интернета мечтает о бумажной книге. Бумага «легитимизирует» литературу. Есть книга – ты писатель. Нет книги – ты стендапер, балагур, говорун. Пока существует человеческое тщеславие, никуда бумажная книга не денется.

Издержки профессии?

«Писателю полезно заниматься чем-то, не связанным с литературой»

АЛЕКСАНДР ЦЫПКИН:

– Писатель получает плюс-минус 10 процентов отпускной стоимости книги (в два раза ниже магазинной, обычно). На эти деньги ты не только семью содержать не можешь, но и себя толком. Живущих на литературную зарплату единицы. Что с этим делать?

АЛЕКСАНДР СНЕГИРЕВ:

– Это данность. Мне кажется, что писателю полезно заниматься чем-то, не связанным абсолютно с литературой, чтобы не превратиться в моль, сидящую между бумажными страницами и поедающую их. Все, кто целиком погружен только в текст, так или иначе начинают сползать куда-то в сторону. Это не позерство, что Толстой ходил с косой по полю босиком. Я подозреваю, что это была нужда в постоянной подпитке реальностью. Писатель должен жить «настоящей» жизнью.

«В России у нас происходит пресловутый вечный поиск идей и не случайно: старые боги отмерли, а новые боги пока не родились. Но мы, в том числе и писатели, – те, кто не просто придумает новых богов, но возможно, ими и станет».

Специально для ХИТ-Медиа

Пират русской литературы?

«Я пишу то, что мне нравится самому»

ЕКАТЕРИНА БУЛГАКОВА:

– Ваш роман «Вера» многие считают жестоким, но премию «Русский Букер» за роман дают вам. Почему? 

АЛЕКСАНДР СНЕГИРЕВ:

– Это не та книга, которую вы прочитаете и отдохнете. Эта книга будет вас тревожить и отчасти лишит вас покоя. Конечно, люди хотят отдохнуть с книжкой, но такие книжки мне писать не удается – я люблю отдыхать иначе.

 «В процессе работы ты должен быть абсолютным панком»

ЕКАТЕРИНА БУЛГАКОВА:

– Однажды вы сказали, что хотели бы, как Петр I, забыть предшествующую литературу и писать свое – а то «давит». Что вы имели в виду?

АЛЕКСАНДР СНЕГИРЕВ:

– Когда мы слишком много смотрим назад, в прошлое, то, грубо говоря, каменеем. Есть библейская история про жену Лота. Бог Лоту сказал: город я уничтожу, уходи, но ни в коем случае не оборачивайся. Лот оборачиваться не стал, а его жена обернулась и превратилась в соляной столб. Классиков нельзя уничтожить – ни память, ни их произведения. Но в процессе работы ты должен быть абсолютным панком. Должен всех ниспровергать. И дело даже не в борьбе с титанами, а в том, что нужно, будучи знакомым с их опытом, абсолютно его отвергать. Такой парадокс.

Кто такой Александр Снегирев?
  • Родился в 1980 году, в Москве
  • По паспорту Алексей Владимирович Кондрашев
  • Появился на литературной арене в 2006 году
  • Окончил Российский Университет дружбы народов с красным дипломом, магистр политологии
  • Его работы печатались в журналах «Знамя», «Октябрь», «Новый мир»
  • Среди его книг – романы «Как мы бомбили Америку», «Нефтяная Венера», «Тщеславие», «Вера», «Как же ее звали?»
  • Лауреат премий «Дебют» (2005), «Венец» (2007), «Эврика» (2008), «Звездный билет», посвященной памяти В.П. Аксенова (2014) и «Русский Букер» (2015) за роман «Вера»

 

 

«Это не дети не читают, это родители не читают»

Как заинтересовать классикой поколение сериальщиков?

Мария Живова — учитель русского языка и литературы в гимназии небольшого подмосковного города Павловский Посад. В этом году она выиграла местный конкурс «Лучший учитель года», несмотря на свой небольшой педагогический стаж. Ее ученики побеждают на конкурсах чтецов и районных олимпиадах по литературе, создают небольшие театральные постановки и с интересом обращаются к классике.

  — Как вы добиваетесь того, чтобы весь класс работал на уроке?

— Необходимо создать атмосферу всеобщего обсуждения, чтобы были вовлечены все, даже если они не читали текст. Есть определенные приемы, которые заставляют людей возмущаться. Проблемный вопрос в произведении — один из них. К примеру, тема отцов и детей очень волнует, даже когда на уроках ее поднимаешь, уже и о произведении забываешь, только в конце возвращаешься и подводишь черту. Как только интерес подпитан, возможно, ребенок дома и откроет книгу. В пятых классах я детей подвожу к мысли о том, что литература — это отдых, это возможность выразить свои мысли и пофантазировать.

— А нет ощущения, что программа по литературе закостенела? Одно и то же из года в год?

— Любой урок можно по-разному провести: в проектной форме, тестовый, урок-дискуссия, групповая работа. Я пытаюсь открывать для себя и учеников что-то новое. На очереди Татьяна Толстая, недавно также познакомилась с Захаром Прилепиным, современный и хороший писатель. Прочитали его рассказ «Жилка», написан интересным языком. У нас есть литература даже в нашем маленьком Павловском Посаде: Олег Чухонцев и примерно 15 писателей, творчество которых используется для конкурса чтецов.

 — А вам не обидно, когда вы видите класс, где заинтересованы в учебе лишь несколько человек?

— Нет. Сейчас в 10 класс переходят люди, не знающие, чего хотят, сложно их расшевелить. Поэтому даже когда ученики приносят бумажную книгу, это уже результат. Нужно показать, что книга — это не то, что было 200 лет назад, она живет с нами, доходит до нас. Сейчас так не ждут новую главу в газете или журнале. Сейчас ждут новую серию сериала. Да и раньше круг читающих был небольшим, узким. Во времена Маяковского не было активного читательского интереса, был интерес к эпатажу, стиху, призыву, агитации. Общество никогда не имело большого процента читающих.

— Однако что же делать с детьми, которые отказываются читать?

— Это не дети не читают, а родители не читают. В этом проблема.У меня не читали родители, но рядом было окружение. Понимаете, прочитать «Мастера и Маргариту» — это не прочитать параграф, нужна фантазия и образы. Если изначально у ребенка своровали мир образного мышления, не дали этот мир, о чем и пишет Экзюпери в  «Маленьком принце», то человек сможет вернуть его, если захочет, только в  сознательном возрасте. Толстой говорил о важности воспитания в семье, это действительно очень важно. Не надо винить государство, общество, начни с себя. Сейчас мы набираем культурную силу, не было такого в 90-х. Мы учимся заново читать. И эти возгласы: «Вот люди не читают!», так почему же не кричат: «Вот не разбираются в химии и биологии!». Я понимаю, что литература — это нравственность, но морально-нравственные устои можно подпитывать и через бытовые моменты, в разговоре с семьей и друзьями. Читающий всегда найдется.

 

«Властелин фантастики»

Студия New Line снимет фильм о Джоне Толкине

Прославившаяся выпуском фантастической трилогии «Властелин колец» киностудия New Line Cinema порадует «толкиенистов» новым фильмом о «властелине». Любители научной фантастики увидят картину о самом создателе хоббитов и эльфов – Джоне Р.Р. Толкине — с символичным названием «Средиземье». Возглавит съемочную группу, как сообщает издание Deadline, британский режиссер Джеймс Стронг, работавший над фильмом «Я сам о себе. Элтон Джон», популярными телесериалами «Доктор Кто», «Аббатсво Даутон» и др.

Фильм «Средиземье» снимут по сценарию Ангуса Флетчера, занимающегося изучением биографии Толкина на протяжении шести лет. «Толкинистике» Флетчер посвятил ряд собственных исследований, статей, интервью с теми,  кто знал фантаста лично или был причастен к его жизни. Так он собирал фотографии и статьи о семье Толкинов, его супруге Эдит Бретт – прообраза Лютиэн Тинувиэль в книге «Сильмариллион», профессорской деятельности в Оксфордском университете и главном событии, повлиявшем на творчество писателя – Первой мировой войне 1914 года.

Большая часть фильма, как сообщает продюсер Майкл Линн и его коллеги Роберт Шейн и Рэйчел Хоровиц, будет посвящена молодым годам фантаста, а именно любви юной 19-летней Эдит Бретт и студента колледжа англосаксонских и германских языков – 16-летнего Джона Толкина. Несмотря на то что по наставлению отца Толкин прекратил встречаться и даже разговаривать с Эдит до наступления совершеннолетия, Джон женится на своей избраннице после пяти лет жизни в самый разгар войны.

Последнее событие круто изменило жизнь писателя. Толкин увидел и прожил войну «от первого лица».

«Пара жила счастливо в Оксфорде в окружении друзей, но когда в 1914 году началась война, Толкин на четыре года отправился навстречу битвам, лишениям и новым друзьям и единомышленникам, которые повлияли на его воображение и вывели его на путь к Средиземью», — сообщают создатели будущего байопика.

Режиссер и продюсеры фильма еще не озвучивают имя главного актера. Дата выхода фильма на экран пока не известна.

Джон Толкин и Эдит Бретт
Джон Толкин показывает книгу Эдит Бретт

Родился Джон Р.Р. Толкин в 1892 году. Преподавал в Оксфордском университете древнеанглийский язык. Все свое нерабочее время фантаст посвящал «средиземному миру», обладающему, по замечанию автора, некими чертами нашей планеты. Детальность Толкина нередко восхищала читателей – он выдумал собственные языки и диалекты, рисовал подробные географические карты каждой исторической эпохи, создал целую религиозную систему Средиземья со своим «пантеоном ангелоподобных существ, управляемых свыше единым божеством». 

Толкина нередко называют «властелином фантастики». Свои фантазии он отразил в «Хоббите» (1937 год) и его продолжении «Властелин колец» (1954-1955). По нескольким опросам в 1997 году эпический роман «Властелин колец» был признан книгой века.

Скончался Толкин в 1973 году. В 1977 были восстановлены по черновым записям и опубликованы еще несколько произведений.

Писатель за решёткой

История судимости Оскара Уайльда

Судья: «Это самое дурное дело, в каком я участвовал»
Оскар Уайльд: «А я?»

Если спросить современного читателя, какое произведение Оскара Уайльда ему известно, он без промедления ответит: «Конечно же, «Дориан Грей»». И лишь единицы вспомнят, что после смерти Уайльда остались стихотворения, достойные чтения. Его первый сборник под названием «Стихотворения» вышел в конце девятнадцатого века. В течение года было издано более тысячи экземпляров.

Оскар Уайльд
Оскар Уайльд

Альфред Дуглас — двадцатилетний юноша, с которым Уайльда связывали близкие отношения, сыграл роковую роль в жизни писателя. Из-за их частых встреч Уайльд не появлялся дома, не виделся с женой и детьми. Это стало поводом серьёзного беспокойства как семьи, так и английского общества, которое не могло закрыть глаза на связь между Уайльдом и Дугласом.

Юный Альфред
Юный Альфред

Так как Альфред Дуглас и его отец, маркиз Куинсберри, часто ссорились, последний считал Оскара Уайльда виновным в разладе своих отношений с сыном. Как-то в баре, где обычно встречались двое друзей, он оставил Уайльду оскорбительную записку, назвав его содомитом. Писатель был возмущён и готов на решительные меры, но друзья посоветовали ему проигнорировать это нелепое обвинение. Несмотря на их мнение, Уайльд подал иск в суд, обвинив отца Альфреда в клевете. Но он совсем не ожидал получить от Куинсбери ответное обвинение в гомосексуализме, подкреплённое доказательствами. (Куинсберри нашёл 13 мальчиков, с которыми у Уайльда были отношения, и предоставил суду даты и места их встреч.) Это послужило началом судебного процесса над лондонским литератором. Весть об этом разлетелась мгновенно: зал, в котором проходило заседание, был переполнен.

В суде Оскар Уайльд защищал свою честь и достоинство, отрицая сексуальный характер отношений. Ответы Оскара Уайльда вызывали взрывы хохота у публики. Он подтрунивал над обвинителем, показывая всю несерьёзность и нелепость обвинений в его адрес. Когда прокурор попросил разъяснить смысл фразы «любовь, что таит своё имя», взятой из сонета Дугласа, Оскар Уайльд произнёс речь, которая запомнилась лондонцам навсегда:

«Любовь, что таит своё имя» — это в нашем столетии такая же величественная привязанность старшего мужчины к младшему, какую Ионафан испытывал к Давиду, какую Платон положил в основу своей философии, какую мы находим в сонетах Микеланджело и Шекспира. Это все та же глубокая духовная страсть, отличающаяся чистотой и совершенством. Она интеллектуальна, и раз за разом она вспыхивает между старшим и младшим мужчинами, из которых старший обладает развитым умом, а младший переполнен радостью, ожиданием и волшебством лежащей впереди жизни. Так и должно быть, но мир этого не понимает. Мир издевается над этой привязанностью и порой ставит за неё человека к позорному столбу».

Когда пришло время присяжным заседателям огласить свой вердикт, они не смогли сделать этого. Но судом Уайльд был признан виновным в «грубой непристойности» с лицами мужского пола и приговорён к двум годам каторжной работы.

Пикантная сюжетная линия в магической киновселенной

Роулинг решилась рассказать о гомосексуальности Дамблдора

В «Фантастических тварях» покажут Дамблдора-гея
В «Фантастических тварях» покажут Дамблдора-гея

Дж.Роулинг за считанные месяцы кардинально изменила концепцию новой магической франшизы: сначала писательница заявила, что вместо трех фильмов «Фантастических тварей и где они обитают» будет снято пять, а совсем недавно на одном из мероприятий Джоан призналась СМИ, что во второй части будет показан так называемый «каминг-аут» великого волшебника Дамблдора.

На этой неделе режиссер фильма Дэвид Йейтс заявил, что в сиквеле важнейшее значение будут иметь взаимоотношения двух персонажей — Гриндевальда, роль которого отведена Джонни Деппу, и еще ни за кем не закреплённого Дамблдора. Вскоре после режиссера нашумевшей киноленты Роулинг также добавила, что большая доля сюжета сиквела будет посвящена любовным испытаниям юного Дамблдора.

«Фантастические твари» раскроют сексуальную ориентацию Дамблдора
«Фантастические твари» раскроют сексуальную ориентацию Дамблдора

В киноленте Альбус предстает еще молодым человеком, пока не нашедшим себе места в хаотичном мире магии. Писательница прямо намекнула на гомосексуальную ориентацию героя и посоветовала зрителям «смотреть внимательнее». По заявлению Роулинг, в жизненном пути будущего директора школы магии Хогвартс было достаточно много любовных переживаний, чтобы их можно было объединить в полномерный киносюжет.

Ещё в 2007-м году автор книг о Гарри Поттере поделилась с поклонниками пикантными подробностями из волшебного мира, заявив, что в молодости Дамблдор был влюблен в своего друга, а позднее противника, Геллерта Гриндевальда. Так что для зрителей будущего сиквела совсем не станут сюрпризом любовные переживания молодого Альбуса Дамблдора.

Роулинг об ориентации Дамблдора
Роулинг об ориентации Дамблдора

Вторая часть «Фантастических тварей» выйдет на киноэкраны уже через два года — в ноябре 2018-го.

Напомним, что новая франшиза не имеет прямого отношения к истории юного волшебника со шрамом, кроме разве того, что обе книги имеют одного автора — Дж. Роулинг. Экранизация «тварей фантастических» не будет являться восьмой частью «поттерианы», но волшебная вселенная будет та же — за 70 лет до того как жертвенное  заклинание родителей Гарри Поттера спасло мальчика от «того, чье имя нельзя называть».