Киноправда Жана-Люка Годара

Жан-Люк Годар — один из главных экспериментаторов мирового кино. Что нам дали его 129 фильмов?

Время чтения: 4 минуты

3 декабря Жан-Люк Годар мог бы отметить 92-й день рождения, но в сентябре этого года один из зачинателей кинематографа французской новой волны добровольно ушел из жизни1. После его ухода президент Франции Эммануэль Макрон в Твиттере назвал режиссера «мэтром французского кинематографа, разрушившим каноны и табу и создавшим современное свободное искусство».

Кадр из фильма «На последнем дыхании». 1960 год
Кадр из фильма «На последнем дыхании». 1960 год

Фильм «На одном дыхании», полнометражный дебют Годара, ознаменовал начало новой волны во французском кино. Родившемуся в семье швейцарского врача и предпринимателя Жан-Люку наскучила буржуазная жизнь в пригороде Женевы, и он отправился в Париж, где познакомился с людьми, которым сделают синематеку одним из главных учреждений того времени. Старые французские картины казались Годару экранизацией театральных пьес, либо литературных произведений. Прежде страстно любивший американское кино, нуары и дешевые вестерны, Годар выступил с осуждением голливудской киношколы. Молодому бунтарю Годару же суждено было стать экспериментатором и непонятым гением.

Но карьера режиссера началась не с кино, а со стройки. В начале 1950-х молодой Годар работал на плотине строителем, а когда закончился его контракт, он перешел на должность оператора телефонного коммутатора, чтобы снять документальный фильм об этом месте. Камеру ему одолжили друзья. Так родился кинодебют Жан-Люка Годара под названием «Operation béton» (Операция «Бетон»).

Кадр из фильма «Operation béton» (Операция «Бетон»). 1954 год
Кадр из фильма «Operation béton» (Операция «Бетон»). 1954 год

«Конкретный анализ конкретных ситуаций» — так формулировал свой режиссерский принцип Жан-Люк Годар, пытаясь противоречить цеховому кино «старой волны». Эти и другие новаторские догмы он вынес из киноклубов: Французской синематеки, Киноклуба Латинского квартала и издания «Кайе дю синема», где писал рецензии. Позже режиссер напишет: «В Синематеке я открыл для себя мир, о котором мне никто не говорил. Они рассказали нам о Гёте, но не о Дрейере. Мы смотрели немые фильмы в эпоху звукового кино. Мы мечтали о кино. Мы были как христиане в катакомбах».

В «Кайе дю синема» Годар знакомится с другими лицами французской новой волны. Помогает Трюффо со съемками неудавшейся криминальной драмы, работает с Ромером над короткометражными фильмами. Примерно в это же время режиссер начинает работать с Жан-Полем Бельмондо, снимая свой последний перед грядущим успехом короткий метр «Шарлотта и её Жюль».

Кадр и фильма «Шарлотта и ее Жюль». 1960 год
Кадр и фильма «Шарлотта и ее Жюль». 1960 год

В полнометражном дебюте «На одном дыхании» (1959) Годар впервые использовал рваный монтаж2. А еще ручную камеру, которая стала символом борьбы режиссеров новой волны против правил «папиного»3 кино. Этот операторский прием имитирует субъективный взгляд героя на происходящее, помогает усилить эмоциональное впечатление, а также добавляет реалистичности, ведь именно к ней стремились режиссеры новой волны, включая Годара. Ручная камера ассоциируется с документальным изображением и репортажной съемкой с эффектом присутствия. Все, что происходит на экране, могло бы происходить в реальности. «Фотография — это правда, а кино — это правда со скоростью 24 кадра в секунду», — говорил Годар.

После зенита своей славы, 1960-х, Годар стал снимать еще более абстрактно и сложно. «Он терял память, терпение и желание разъяснять, его речи и фильмы становились все более туманными и непонятными, образы в его странных коллажных картинах мелькали уже со скоростью стробоскопа», — пишет кинокритик Василий Корецкий.

Тогда он познакомился с активистом Жан-Пьером Гореном, и постепенно приемы и взгляды режиссера стали радикальнее. Для продвижения политических киноработ он вступил в творческое объединение имени другого режиссера-новатора, уже советского, «Дзига Вертов», а после его распада создал собственный кинопродакшн «ЗвукОбраз» совместно с Анн-Мари Мьевиль.

Анн-Мари Мьевиль и Жан-Люк Годар
Анн-Мари Мьевиль и Жан-Люк Годар

В это время реализуется мысль Годара о том, что культура — это прислужница политики. Появляются не только кинематографические манифесты режиссера, начиная с критики его ультралевой молодости и последующего маоистского периода, когда была снята «Китаянка» и «Уик-энд». В составе группы «Дзига Вертов» он внедряет в свои картины уже социалистические идеи: производство становится действительно коллективным, картины распространяются на основе свободной дистрибуции. Примечательно, что преданность размышлениям о социализме, режиссер сохранит до настоящего времени. Так в 2010-м появится картина «Фильм-социализм» с бесконечными разговоры о судьбах Европы.

Кадр из фильма «Фильм-социализм». 2010 год
Кадр из фильма «Фильм-социализм». 2010 год

Жан-Люк Годар сжег мосты с массовым кино и крупными студиями, посвятив дальнейшие годы (примерно с 1980-х по 2022 год) разработке собственного киноязыка и системы производства. Он не мог найти себе места между интеллигенцией и широким зрителем, в чем и был обвинен другими деятелями французской культуры. Годару оставалось только отказаться от работы со студиями, по их правилам. В 2014 году вышел фильм «Прощай, речь», в названии которого скрывается новая веха в развитии режиссера. Когда киноиндустрия доходит до того, что двухчасовую ленту можно снять, не выходя из студии, Годар создает картину, где сочетает 3D и немое кино, как бы подшучивая над рвущимися вперед новыми технологиями, возвращаясь к приемам 1910-х. Герои фильма молчат не потому, что не могут говорить, а потому, что речь, как и принятые приемы монтажа, съемки, работы со звуком, режиссер считает лишними для передачи смысла.

Текстоцентричная музыка

Баттл-рэп, спокен-ворд, хип-хоп — одни из самых текстоцентричных жанров. Сколько общего у них с поэзией?

Время чтения: 4 минуты

В нулевые музыка (по крайней мере, альтернативная сцена) возродила тенденцию к текстоцентричности1. Музыканты зачастую не пытались добиться совершенства техники, продолжая тенденцию, которая уходит корнями в культуру авторской песни 1960-х и русского рока 70-х–80-х. В нулевые слушатели снова начали внимать тексту и искать иные смыслы после кризиса ценностей, доставшегося искусству новой России в наследство от 90-х. Поп-музыка, напротив, искала отточенную форму, запоминающийся мотив и яркий образ исполнителя. «В популярной музыке важно скорее не то, о чем поется в песне, но то, как поется», — считает социолог Саймон Фрис.

Баттл-рэп и поэзия

Когда музыка снова стала концентрироваться на тексте, родилась культура рэп-баттлов — поединков между двумя рэп-исполнителями, которые читают заранее подготовленный текст и пытаются разбить оппонента остротой языка. Панч — словесный удар, который призван унизить противника или продемонстрировать мастерство исполнителя. Соревнование чаще всего проходит без музыкального сопровождения, что роднит баттлы с поэтическими диспутами начала XX века. Однако есть и отдельный формат — BPM2, в котором рэперы читают под бит3.

Первый в истории русского рэпа баттл прошел в 1994-м на фестивале Rap Music. Тогда в остроте слова сразились Sir-J и MC Hassan. В нулевые произошел расцвет культуры, который начался на сайте Hip-Hop.ru, где организовали «Первый MC батл». Там встретились многие исполнители, которые сегодня все еще популярны: Noize MC*4, Oxxxymiron*5, Паша Техник и другие.

В 2015 году баттл-рэп оказался на новом витке популярности. Тогда, например, солист группы «Ленинград» Сергей Шнуров вызвал на словесную дуэль журналиста Владимира Познера, а школьники заучивали наизусть реплики из баттла Oxxxymiron и Johnnyboy. Почти 93% интернет-пользователей от 14 до 25 лет были увлечены рэп-битвами в 2018 году. Трансляции поединков на YouTube набирали до 45 миллионов просмотров, а противостояние Окси6 и Славы КПСС по масштабу можно было сравнить с литературной дуэлью 1918-го между поэтами Владимиром Маяковским и Игорем Северяниным.

Марина Кацуба на Versus
Марина Кацуба на Versus

Несмотря на то, что рэп-баттл скорее стал новой формой поэзии, порой эти направления вступают в борьбу. Так, например, произошло на московской баттл-площадке Versus, где в искусстве слова сражался рэпер Drago и поэтесса Марина Кацуба.

После пика популярности баттл-рэп вернулся в подполье. Некоторые имена забылись, а кто-то ушел в поп-музыку. Так организатор одной из самых известных баттл-площадок Versus Александр Тимарцев (он же Ресторатор) заявил о банкротстве, хотя еще пару лет назад каждый сезон поединков он начинал с покупки нового автомобиля. Завсегдатаи рэп-баттлов перестали выступать на соревнованиях, и жанр снова стал увлечением узкого круга.

Александр Тимарцев (Ресторатор)
Александр Тимарцев (Ресторатор)

Сколько поэзии в рэпе?

Не только акапельный7 баттл-рэп текстоцентричен. Записанные треки хип-хоп-исполнителей также часто сосредоточены на содержании. Старые треки Гуфа чем-то похожи на «Исповедь хулигана» Сергея Есенина, а тяжелые, наполненные аллюзиями тексты Кровостока с балабановскими8 сюжетами напоминают мрачные романы Достоевского или абсурдные и безобразные повести Чарльза Буковски. Автор трека «Поэма о Родине» Хаски наследует любовь к потомкам русских каторжников, тюрьме и сибирской аскетичной природе от Некрасова, написавшего подобную поэму «Кому на Руси жить хорошо».

Кадр из клипа Хаски «Поэма о Родине»
Кадр из клипа Хаски «Поэма о Родине»

Текстоцентричность и близость к поэзии для рэп-исполнителей вполне закономерна, ведь многие из них учились на журфаке или получили диплом филолога. Так уже упомянутый Хаски (он же Дмитрий Кузнецов) пополнял список прочитанной литературы Лимоновым и Елизаровым, заканчивая факультет журналистики МГУ. А участники «реп-ансамбля»9 «Макулатура» Константин Сперанский и Евгений Алехин учились на филологов, и все еще выпускают рассказы, сборники стихотворений и романы.

Спокен-ворд

Спокен-ворд (spoken word10) — жанр, в центре которого находится художественная декламация. Это самое близкое к поэзии направление в музыке. Акцент делается на лирическом герое текста, интонации исполнителя и рифмах. При этом инструментальное сопровождение здесь совсем не обязательно. Часто спокен-ворд также называют «абстрактным рэпом». Так, например, определяют направление своей музыки участники уже упомянутой группы «Макулатура».

Видео, в котором группа «Макулатура» читает стихи поэтов-обэриутов: Хармса и Введенского
Видео, в котором группа «Макулатура» читает стихи поэтов-обэриутов: Хармса и Введенского

Пожалуй, родоначальниками жанра на российской сцене стали участники советской экспериментальной рок-группы «ДК». Их коллегами по спокен-ворду в 1980-х стали «Мухомор» и даже «Гражданская оборона». Сегодня направление в «чистом виде» встречается довольно редко, хотя многие рэп-исполнители обращаются к спокен-элементам почти в каждом треке. Группа «тема креста» — одна из самых известных представителей жанра. Драматурги Саша и Аня пишут тексты с большим количеством отсылок к литературе и русской культуре в целом. Их треки звучат как бесконечное предложение без знаков препинания.

Обложка альбома группы «тема креста»
Обложка альбома группы «Тема креста»

Время квартирников 2.0

Как проходят концерты в 2022 году в условиях ограничений и что роднит их с советскими квартирниками

Время чтения: 4 минуты

За последний год немало российских артистов попало в список «нежелательных»1, а некоторые из них были объявлены «иноагентами»2. Тенденция к отмене концертов оппозиционно настроенных музыкантов проявилась еще несколько лет назад, но это явление тогда не было таким массовым как в 2022 году. Что общего у сегодняшних артистов и «шестидесятников», и вернутся ли квартирники в культурную жизнь России будущего?

Квартирник — это: история вопроса

Квартирник — концерт со скромной аудиторией, в качестве площадки для которого используется обычная квартира, а инструменты в основном акустические. Авторы-исполнители играют и поют собственные произведения, некоторые музыканты просто собираются «поджемить»3.

Это явление распространилось в СССР в 1960-е, когда после смерти Сталина «хрущевская оттепель»4 подарила советскому народу относительную свободу от цензуры и показала всем не только «кузькину мать»5, но и «социализм с человеческим лицом». Ответом на свободу стало рождение «шестидесятников» — либеральной советской интеллигенции, которая стала гласом XX съезда КПСС6, где произошло развенчание культа личности Сталина. Многие «шестидесятники» были космополитами и желали стать «гражданами мира»7, выбирая себе в кумиры революционеров вроде Маяковского и Мейерхольда.

Макс Леон, Марина Влади и Владимир Высоцкий на квартирнике
Макс Леон, Марина Влади и Владимир Высоцкий на квартирнике

В это время родилась авторская (или бардовская) песня, отцом которой стал Булат Окуджава. Александр Галич (чьи магнитофонные записи распространялись по СССР нелегально), Юрий Визбор и, конечно, Владимир Высоцкий — все они стояли у истоков культуры квартирников и, если хотите, первой масштабной андеграунд-культуры8 в российской музыке.

Чуть позже культуру квартирников продолжили развивать рок-музыканты: Виктор Цой, Егор Летов, Юрий Шевчук, Борис Гребенщиков и другие. Подпольная музыкальная культура процветала: «совершенно вынужденная мера, всем хотелось электричества, но это было невозможно». Это происходило примерно до середины 1980-х, когда на смену лояльным брежневским временам пришла реформа Черненко9, по которой квартирники становились подсудным делом, поскольку нарушали монополию государства на культуру.

Квартирники-2022

После распада Советского Союза квартирники стали локальным увлечением ретро-эстетов10, желающих поностальгировать, или молодой творческой интеллигенции, которая видела в этом явлении нечто эксклюзивное и почти магическое. Исчезла сущность, которая заставила квартирники родиться — они больше не были подпольными. Сегодня они снова проходят не из желания почувствовать близость между артистом и аудиторией, а потому что других вариантов становится все меньше.

Снимок с последнего концерта Увулы в Москве: мерч группы с названием трека «Нам остается лишь ждать»
Снимок с последнего концерта Увулы в Москве: мерч группы с названием трека «Нам остается лишь ждать»

Квартирник приобрел немного иную форму: небольшие и слегка авантюрные клубы предлагают свое пространство для проведения концертов, и все это превращается в общественную акцию, а не просто в музыку. Так, например, прошло возможно последнее (по крайней мере, в России) выступление инди-группы11 Увула. «Один из самых расслабленных коллективов новой гитарной музыки в России» не так давно попал в список «нежелательных» артистов в РФ, единственный на инди-сцене на данный момент. Это произошло довольно незаметно для публичного пространства, и артисты объявили о новости на своем почти подпольном концерте. Проведение мероприятия проходило в обстановке секретности: в Сети не появилось ни одной записи об изменениях, а актуальная информация рассылалась слушателям по СМС за час до выступления. Это ли не квартирник артистов-диссидентов?

Выступления некоторых коллективов объявляются за пару дней и становятся доминирующим форматом альтернативной музыкальной сцены в 2022 году. Так, например, прошел названный в честь песни группы «АукцЫон» improv-концерт12 женских инди-групп и индивидуальных исполнительниц «Девушки поют». На нем артистки нескольких коллективов (Космос на потолке, Конус Маха, Настежь и другие) играли вместе, превращая событие в перформанс.

Improv-концерт в рамках фестиваля «Девушки поют»
Improv-концерт в рамках фестиваля «Девушки поют»

 

«Если говорить, то говорить громко»: день в театральном училище

Репортаж о жизни студентов-актеров и ценностях одного из старейших театральных училищ

Время чтения: 7 минуты

Нижегородское театральное училище — единственное учебное заведение, где еще осталась специальность «актер театра кукол», и единственный шанс для многих молодых актеров из соседних регионов. В 1951 году училище закончил советский актер Евгений Евстигнеев, от которого оно унаследовало имя. Как живет это место спустя 70 лет?

Андрей Ярлыков
Андрей Ярлыков

По улице, которую местные на московский манер называют Варваркой (она Варварская), торопливо шагает мужчина неопределенного возраста: в винтажной джинсовке и с серьгой в ухе. Это заслуженный артист и мастер курса в Нижегородском театральном училище Андрей Ярлыков. Мы проходим в выкрашенное ярко желтой, как у Гоголя, краской и попадаем на проходную:

Знакомьтесь! Эта девушка мне сегодня как дочь (мы видимся впервые). Пишет репортаж о нас, негодяях.

Меня пустили в святую святых — в учительскую. Разговоры в здешних кулуарах и вправду — таинство. Завтра Андрей Ярлыков ведет весь курс на свой спектакль «Солдатики» в театр «Преображение» это сюрприз для ребят.

Мы поднимаемся на второй этаж по узкой лестнице. Кажется, свобода творчества здесь порой прижимается, но не цензурой, а маленькими классами и узкими коридорами. «БЗ» большой зал немного лукавое название для пространства, которое вместе со сценой не больше актового в школе. Студенты жалуются, что позвать зрителей на свою постановку вряд ли выйдет, ведь сам первый курс (27 человек) займет все помещение. Но так ли это важно в актерском творчестве? Кажется, нет.

День в училище действительно загруженный, поэтому заботиться о комфорте некогда. Актеры драматического направления учатся шесть дней в неделю с девяти утра до восьми вечера, а на вопрос «Как вы выживаете?» воодушевленно отвечают, что занимаются любимым делом и потому не устают. На часах 9 утра. И пока я слабо верю в это.

Сейчас не удивляйся. Ровно в девять мы не начнем. Я никогда не влетаю в аудиторию с классным журналом наперевес. Пока они не будут готовы, они меня не позовут. Но после того, как я войду в аудиторию, зайти будет уже невозможно, — посвящает меня в местные традиции Андрей Ярлыков.

Студенты выполняют упражнение «Броуновское движение» на занятии по актерскому мастерству
Студенты выполняют упражнение «Броуновское движение» на занятии по актерскому мастерству

В училище много свободы, присущей творческой работе, но место консерватизму здесь тоже имеется. Консерватизму с человеческим лицом. Традициям, к которым тут относятся с трепетом. Здесь принято вставать, если проходит преподаватель, и здороваться со всеми, даже с незнакомцами, но главное — здесь принято помогать. Это создает ощущение, что здесь совсем нет конкуренции, есть только партнерство, о котором часто напоминают молодым актерам.

Что за гендерные стереотипы? смешливо возмущаются девочки, когда их отправляют практиковать шпагат, пока мальчики играют в волейбол.

Мне показалось, что первая роль, которую дают в театральном училище — гендерная. Это вызывало диссонанс, пока в коридоре не появился единственный желающий сесть на шпагат мальчик — Сева. «Они [мальчики] не понимают, что растяжка даст преимущество на танце», — объясняет он. «У актера нет пола», говорит студентка Вика. И, видимо, оказывается права.

Андрей Ярлыков показывает мне большой зал, указывая на точку на деревянном полу сцены. Там блестит монета, напоминающая о здешней любви к традициям:

Этот пятак я прибил в 1983 году.

На счастье?

Нет, это центр сцены. И студенты, зная это, когда шел ремонт, отодрали его и снова прибили.

Самого Ярлыкова будто тоже приколотили к сцене училища. Ныне уже заслуженный артист, он закончил его в 1987-м, потом учился в Москве, но все же вернулся в первую альма-матер. Продолжая экскурсию, актер ностальгирует: «Это святая святых гримерка. Сколько здесь любовных пар соединились, сколько выпито вина. И сколько задумано гениального». Это напоминает героев «Мечтателей» Бертолуччи, как и сами ребята.

Стол Андрея Ярлыкова: список этюдов, подаренный студенткой колокольчик
Стол Андрея Ярлыкова: список этюдов, подаренный студенткой колокольчик

Время 9:10. Мы наконец заходим в зал, где первокурсники будут показывать этюды. В этом семестре индивидуальные, а дальше парные. Каждое занятие начинается с «зачина» — актерской зарисовки, из которой Андрей Алексеевич должен понять, кто сегодня отсутствует и почему. «К каждому мастерству эти уроды должны оставлять на столе сюрприз», поясняет Ярлыков, крутя в руках колокольчик с открыткой, подарок от ученицы из Костромы.

Первый этюд. Студент Гоша показывает, то есть проживает («показывать» и «изображать» табуированные слова для этого занятия) первый урок игры на гитаре:

Господи, господи, господи! Я же не смотрю этюд, я смотрю как ты мучаешь гитару. Я не буду смотреть этот этюд, я буду смотреть, какой дебил студент! — разражается на весь зал громогласный мастер.

«Кошмар», думаю я про себя, пытаясь представить, как неприятно было бы слышать эти слова мне на месте Гоши. Но на лице актера ни следа расстройства. Главное, чему учат актера убедительности. И это работает с двух сторон. Когда студенты показывают этюды, не рождается вопрос: а судьи кто? Сами студенты самые решительные и бескомпромиссные. Мастер учит их не спрашивать о скрытых смыслах, которые не получилось вывести на поверхность, а с другой стороны не оправдываться, когда тебя критикуют.

Студентка показывает одиночный этюд о гаданиях
Студентка показывает одиночный этюд о гаданиях

Есть такая актерская шутка, педагогическая. На первом курсе все абитуриенты — это народные артисты, как минимум. К концу первого курса они становятся заслуженными, а к концу второго просто артисты, но хорошие. Третий курс они учатся просто артистами, а на четвертом они превращаются в абитуриентов. Они не знают, что делать. Как? Держи диплом, иди. Куда идти? Зачем идти? Я же ничего не умею, рассказывает Ярлыков. И это оправдывает жесткость критики.

Мастер объявляет перерыв и торопится на задний двор курить. «Раньше, когда мы поступали и было 17 человек на место, здесь все было забито абитуриентами, через эту дверь летом входят на экзамены», вспоминает педагог по актерскому мастерству.

Ребята продолжают показывать этюды, и я впервые замечаю, что все очень разные по возрасту. Самой младшей студентке недавно исполнилось 15 лет. В училище можно прийти и после девятого, и после десятого, и после одиннадцатого класса. Да и после университета, как самый старший на курсе студент Никита, ушедший в Нижегородское театральное училище с четвертого курса московского университета. Правда, верхнее ограничение все таки есть 26–27 лет.

А актеры с гибким игровым возрастом? удивляюсь я.

А какой смысл? Вот в 26 ты поступишь, выпустишься в 30. Ну какой театр тебя возьмет? Тридцатилетнюю бабу! Всем Джульетты нужны. Тридцатилетних полно. Более того, у них у всех же мечты о Москве, а по Москве бродят тысячи безработных актеров, надеясь куда-то, что-то, когда-то.

Звук — это энергия, а энергия — это мотивация

Параллельно с актерским мастерством идут занятия по сценической речи, куда каждые полчаса убегают ребята парами. Мы сидим в классе кукольников, где по стенам развешаны болванки и готовые куклы. То, что происходит на занятии, тоже похоже на кукольное представление:

Птка!

Бдга!

Птку!

Бдгу!

Перебрасываются странными сочетаниями букв двое ребят, имитируя драку. Это тренировка произношения.

Следующая пара вместо светлого зала с балетными станками проходит в маленькой угловой комнате, похожей на школьный кабинет английского.

Мне неинтересно смотреть, как человек плачет! Мне интересно смотреть, как человек преодолевает эти страдания, сдерживает слезы. Мы даже смех сдерживаем. Чем больше мы останавливаем себя тем больше мы смеемся и доходим до истерики, ругается мастер Ярлыков.

Он много рассуждает и часто рассказывает житейские истории, даже армейские байки. Это кажется необычным после классических лекций, где на счету каждая минута и в хронометраж должно влезть как можно больше теории. Теория для студентов-актеров жизненный опыт, свой и чужой.

Лиза показывает этюд о срыве во время диеты. И такая простая рутинная история рождает ожесточенный спор, от которого и без того маленький кабинет еще сильнее сжимается. Что есть сначала: морковку или эклеры? Эклеры или морковку? Быть может, заменить нарочитую морковку на гречку? К единому мнению так и не пришли.

Эклеры сейчас буду жрать. Вот я и сука! Ем эклеры. Ну, сука! прервал диспут Андрей Ярлыков, пересказывая мысли худеющего, которые должна отыграть актриса. Ребята смеются и понимающе кивают. Я же приумножаю свое недоумение.

Время 14:05. Долгожданный перерыв на обед. И время открытий: в училище нет столовой, даже буфета. Вторая проблема в коротком списке «бед училища», на которую жалуются ребята. Третья нехватка времени на домашние задания при двенадцатичасовом рабочем дне. Но эта проблема не всеобщая, ведь на сто процентов пар ходит только часть студентов те, кто пришел в училище после девятого класса и должен освоить общеобразовательную программу. У остальных есть небольшой карт-бланш в виде перезачета по математике или ОБЖ, но подготовку к ежедневным этюдам никто не отменял. Ребята часто остаются после пар, чтобы порепетировать в училище, но это шанс для избранных, совершеннолетних, а те, кому 18 еще не стукнуло, должны найти время отрепетировать до девяти вечера. Такое требование безопасности.

Стихийные миграционные потоки студентов училища направляются в ближайший гипермаркет. Поражающая меня способность собраться в далеко не маленьком пространстве, не сговариваясь. Через десять минут блужданий среди прилавков все поразительным образом оказываются за одним столом.

Комплекс импульсов

Актеры показывают, что их бьет какая-то неведомая сила. Занятие по сценическому движению
Актеры показывают, что их бьет какая-то неведомая сила. Занятие по сценическому движению

Занятие по сценическому движению объясняют как у актеров так волшебно получается найти друг друга и оказаться в одном месте без сговора.

Ваша задача чувствовать биополе. Почувствуйте дыхание кожи другого человека, объясняет задачу преподавательница по «сцендвижу».

Происходящее в зале напоминает оккультизм, ритуальные танцы. Со стороны кажется, что ребята просто подыгрывают преподавательнице, которая хочет, чтобы они чувствовали этот комплекс импульсов.

Оно прямо отпечатывается, держится!  восхищается студент.

Ребята тренируют контакт с партнером
Ребята тренируют контакт с партнером

И мне снова хочется вторить Станиславскому и сказать, что не верю. Что это не «пластическая правда», которой учат актеров на парах по сценическому движению.

«Я призываю вас работать многогранно, а не тупо», подводит итог занятия преподавательница. Для актеров нет игры на результат, потому что нет и результата. Тут нет интеграла, который нужно взять, или заметки, которую нужно написать. Это процесс. Возможно, именно поэтому в училище почти отсутствует такая практика как оценки.

Через несколько часов мы с курсом будем есть бургеры, и я обнаружу себя проделывающей эти магические вещи с обменом энергией, с приближением и отдалением рук. Все еще с небольшим скепсисом.

Это правда работает! убеждали ребята.

И убедили. В том, что можно научиться чувствовать движения другого человека через стену. В том, что можно учиться шесть дней в неделю по 12 часов и продолжать гореть своим делом.

Время 23:00. Я стою в переулке Нижнего Новгорода и слушаю монолог из «Братьев Карамазовых». Заканчивается день в иной реальности, разместившейся в Нижегородском театральном училище имени Евстигнеева.

Вторая жизнь пленки

Пленочная фотография, некогда единственная возможность запечатлевать моменты, переживает свой ренессанс

Время чтения: 4 минуты

Мода делает свой очередной виток, поэтому сегодня все новое — это хорошо забытое старое, оно же — аналоговое. Секонд-хенды и винтажные магазины, винил и букинистика — все это стремительно развивается в культуре 2020-х, и пленочная фотография — не исключение. Еще 10 лет назад пленка была увлечением творческой элиты, а сегодня небольшое помещение фотолаборатории «Перспектива» в любой день недели наполнено любителями и профессионалами аналога1 всех возрастов и профессий. Эстетика пленочной фотографии противоположна старому стилю глянца2, где в качестве стандарта выступают идеальные фигуры моделей с большим количеством ретуши3. Этот тренд в начале нулевых создали фотографы Маркус Пиггот и Мерт Алас, которые сотрудничали с ведущими мировыми глянцевыми журналами (например, Vogue) и брендами. Выходцы этой школы не ставили своей задачей транслировать реальность, а собственноручно создавали недостижимый идеал.

Съемка на пленку в Vogue. Автор: Эмми Америка
Съемка на пленку в Vogue. Автор: Эмми Америка

Сегодня во всем мире набирает популярность культ естественности. За нестандартными героями интереснее наблюдать, они настоящие, а людям нужна реалистичность. Прежние идеалы, напротив, подвергаются культуре отмены4: модные дома разрывают контракты с именитыми фотографами и пытаются развиваться в соответствии с новым трендом на натуральность. Эта тенденция не обошла и фотографию, в которой все чаще аналоговые технологии вытесняют «цифру»5. Несмотря на то, что прогресс на рынке цифровых камер идет семимильными шагами, многие профессионалы и любители выбирают пленку вопреки удобству и скорости. Проявку одной катушки в фотолаборатории иногда приходится ждать до 7 дней. Работа с пленочной камерой сложнее, чем «цифра», ведь большинство камер — механические. Чего стоит нажать на кнопку затвора6 цифрового фотоаппарата с автофокусировкой? А вот поставить катушку с пленкой, смотать вручную каждый кадр и выставить настройки для каждого снимка на глаз куда труднее.

Сегодня не иметь пленочной мыльницы7 — это чуть ли не моветон среди молодежи большого города. Компактный автоматический фотоаппарат хотя и ограничивает в творчестве, но не требует особых умений, поэтому аналоговая съемка едва ли может считаться элитарной, как было совсем недавно, в 2010-е. Для получения снимка из пленочной мыльницы обычно нужно только нажать на кнопку затвора, а потом проявить пленку в фотолаборатории по цене от 300 до 500 рублей.

Те, кто хочет расширить творческие свободы аналога, покупают или достают из бабушкиного серванта механические зеркальные или дальномерные камеры8. Став хозяином такого непростого аппарата, фотограф получает доступ практически ко всем настройкам, но теперь вынужден выставлять все вручную и на глаз. Конечно, массовость аналоговой съемки породила специальные инструменты, как, например, экспонометр9 в мобильном приложении.

Освоив механическую пленочную камеру, «аналоговый» фотограф переходит к проявке пленки и сканированию. Это самый трудоемкий и длительный процесс в цепочке. Нужно оборудовать дома «даркрум» — полностью затемненную комнату, где в лучах красного света (единственного разрешенного) будет проходить проявка, затем разобраться какие реагенты смешивать и в какой последовательности, а после печатать 2-3 кадра всю ночь.

В последнем этапе работы над снимком — в обработке — кроется главное различие аналоговой и цифровой съемки. Пленка сама по себе дает хорошую цветопередачу с удачными сочетаниями, мягкие или, напротив, грубые контрасты — все зависит от выбранной катушки. Тренд на естественность не подразумевает ретушь.

Так выглядит засвеченное фото. Автор: Алексей Воронов
Так выглядит засвеченное фото. Автор: Алексей Воронов

Пленка открывает совсем иные возможности: согласованные друг с другом цвета, мягкие тени или характерные контрасты. А главное — ее ретро-эстетика вызывает эмоции у смотрящего, параллельно выводя фотографа из тени. В цифровой фотографии он становится лишь агентом, профессиональным пользователем камеры, но не творцом. Аналоговая съемка дает ему в руки большое количество инструментов, которыми можно жонглировать, собирая свою уникальную картинку. Пленка заставляет совершенствоваться быстрее, потому что она почти не прощает ошибок, при этом ограничивая фотографа в попытках (количество кадров в пленке ограничено: от 12 до 36 кадров, а катушка самой бюджетной пленки стоит около 500 рублей). К тому же, пленочная фотография — это скорее процесс, а не конкретный результат. На каждом этапе что-то может пойти не так: не смотается пленка, порвется перфорация10, произойдет засвет11, и все фотографии окажутся испорченными. Не стоит ждать быстрого результата и стремительного творческого прогресса. Пленочная фотография — это редкое удовольствие замедлиться в вечно ускоряющемся мире, растянуть процесс и ощутить личный контроль над каждым этапом создания снимка.

После февраля 2022 года пленочная фотография снова рискует стать элитарным досугом, ведь из-за ограничений зарубежных поставок цены на расходники пленки выросли на 30-70%. Профессионалы, преданные аналогу, вряд ли изменят принципам и откажутся от пленки в целях экономии, хотя катушка профессиональной Kodak Portra сейчас стоит больше двух тысяч рублей. Тем не менее, любителей такие изменения могут заставить отказаться от дорогостоящего хобби и сделать выбор в пользу цифровой камеры или мобильной фотографии.